Правительства практически всех стран мира стремятся в той или иной степени контролировать интернет. В большинстве стран ограничиваются блокированием пиратских сайтов и ресурсов террористических организаций. Отдельные страны блокируют популярные веб-сервисы, но предоставляют пользователям собственные альтернативы. Но в Северной Корее все обстоит иначе…

Особый путь

Как известно, КНДР — одно из самых закрытых государств мира. С середины 1950-х годов в КНДР внедрена идеология чучхе, «опоры на собственные силы», которая пропагандирует крайний изоляционизм в сочетании с северокорейским национализмом. Эта идеология наложила свой отпечаток и на техническое развитие Северной Кореи. На протяжении десятилетий страна обходилась своими и советскими (а позже — китайскими) разработками, неизбежно отставая от стран-соседей.

С развитием интернета технологическое отставание страны стало угрожающим. В 2011 году руководителем страны стал молодой Ким Чен Ын. Новый лидер, разумеется, понимал, что без IT-сферы развитие экономики невозможно, но при этом Ким Чен Ын осознает, что полная и достоверная информация о жизни в других странах не должна быть доступна жителям КНДР. Разрыв в уровне жизни между Северной Кореей и всеми странами-соседями (в том числе и Россией) до сих пор огромен, и подробные сведения о жизни в других странах могут вызвать рост недовольства в стране.

Ким Чен Ын решился на сложный эксперимент — внедрение в КНДР большой локальной сети и расширение инфраструктуры внутренней сотовой связи. Население страны не имеет доступа к интернету, но может просматривать сайты в интранете, а также получать доступ к некоторой научно-популярной и технической информации из-за рубежа (в основном из Южной Кореи).

Компьютеры, смартфоны, идеи чучхе

Стоит отметить, что компьютеры и сотовые телефоны в КНДР появились довольно давно — отдельные устройства проникали в страну еще в начале 2000-х годов. В 2002 году компании из Таиланда создали первую сеть базовых станций в стране, но вскоре появившиеся у населения страны телефоны были конфискованы (в официальной прессе это решение осталось практически незамеченным: надо — значит надо). Аппараты остались только у нескольких сотен партийных чиновников, для которых сеть продолжала работать.

В 2008 году сеть базовых станций в КНДР начала создаваться при участии египетского провайдера Orascom. Денег и настойчивости у египтян хватило: достаточно быстро число абонентов в стране стало измеряться сотнями тысяч. Сначала доступ к связи получили чиновники и служащие, но постепенно и у частных лиц появился доступ к мобильным телефонам и SIM-картам. Сейчас из 25 миллионов жителей КНДР не менее 3 миллионов обладают сотовыми телефонами. При этом появились и смартфоны (фактически китайские, но под северокорейскими брендами).

С 2013 года в стране появился 3G, но посещать можно только сайты локальной сети КНДР (она носит название Кванмён). В последние годы местные разработчики начали создавать мобильные приложения для Кванмёна: теперь обладатели смартфонов могут почитать хронику в главной партийной газете «Родон Синмун», ознакомиться с новостями спорта (северокорейского, конечно), проверить электронную почту.

По неофициальным данным во внутренней сети насчитывается более 10 тысяч сайтов. В 2016 году северокорейские специалисты внедрили IPv4 во внутренней сети КНДР. Кроме того, для Кванмёна был создан браузер (вероятнее всего, даже не один), а также сервисы с лентами новостей, напоминающие RSS-агрегаторы. Недавно появились и интернет-магазины с книгами и бытовой техникой. Компьютеры появились как минимум у 1 млн жителей Северной Кореи: предприимчивые китайские бизнесмены смогли наладить канал поставок оборудования в страну. В основном жителям КНДР продают морально устаревшие ПК и ноутбуки с предустановленной пиратской версией Windows. После покупки компьютера счастливые пользователи подключаются к Кванмёну. Таким образом, жителям страны предоставляется доступ к идеологически проверенной информации, но встречаются в Кванмёне и переводные материалы с южнокорейских и японских сайтов — разумеется, безвредные: технические и научно-популярные.

А есть ли интернет?

У подавляющего большинства северокорейских пользователей есть доступ только к интранету. В настоящий интернет могут войти дипломаты иностранных посольств, представители зарубежных коммерческих фирм (в основном, конечно, китайских), туристы. Разумеется, трафик постоянно анализируется службами госбезопасности КНДР, есть черные списки сайтов, но все-таки это настоящий интернет. К Глобальной сети также могут подключаться студенты крупнейших вузов страны, но предварительно им необходимо получить специальное разрешение. Специалисты также могут заказать материал из зарубежных источников информации: если для работы необходимы какие-то иностранные сайты, можно обратиться в специальное государственное учреждение. Сотрудники учреждения найдут нужные данные в интернете, переведут их на корейский язык (если необходимо) и загрузят в локальную сеть.

Долго ли продержатся подобные ограничения в Северной Корее? Скорее всего, да. Кванмён активно развивается в течение последних лет, а доступа к настоящему интернету у жителей Северной Кореи никогда не было. Поэтому появление доступа к локальной сети уже воспринимается гражданами КНДР как большой прорыв. Конечно, цензурные ограничения мешают полноценному развитию IT в стране, но отставание от соседей немного сокращается, поэтому больших перемен в стране в ближайшие годы ждать не стоит.